5 Закон бумеранга - 4

ДНЕВНИК 
Антонины Волошиной
(строго секретно)

Я никогда дневников не писала, как-то нужды особой не было. А вот ведь пришло такое время, что надо всё сначала обдумать самой, сопоставить а уж потом... Конечно, писать гусиным пером на бумаге я не буду, век других технологий, у меня есть такой крохотный гаджетик, диктофончик  с функцией перевода устной речи в письменную, удобная вещица, Яськин папа подарил для ''моих блогерских утех'', как он сказал. 
   Вот как раньше, в детстве было... Всё происходящее всегда можно было обсудить с мамой, друзьями, Яськой, наконец. Она хоть и старше меня намного, на целых пять с половиной!!! лет, это почти на целую жизнь, но она вполне адекватна, учится в универе, водит экскурсии по городу, а живёт с папой и бабушкой по соседству, моя мама сейчас им помогает по хозяйству. Это после смерти Яськиной мамы. А раньше мы просто присматривали за домом зимой, когда все жили в городской квартире. Или когда все разъезжались по командировкам, экспедициям, да просто, когда все были заняты. Так что мы с Яськой вместе росли. Собственно, кому и зачем я объясняю, ведь этот дневник только для меня, доступ к нему я закрыла полностью. 
А мне нужно разобраться, просто позарез. 
И посоветоваться ну, совершенно не с кем, потому что события развернулись такие, что нормальный человек их может воспринять только, как бред клиента жёлтого дома. И теперь у меня в голове такая каша, что как дальше строить какие-то планы, я просто не знаю. После рассказа Арсения Палыча о своей жизни, я в азарте дала в наш блог все фотки, что отщёлкала в тот день и всю диктофонную запись в сыром, невычитанном виде, за что получила от Яськи суровых пендалей. Хорошо хоть сообразила имена поменять да города. 
Но никто ведь не ожидал, что всё ТАК закрутится. Аннушка ушла в глухую несознанку после разговора с Арсением, а тем более после публикации в блоге без согласования с ней. 
Самое обидное, что я ведь знала, что так делать нельзя, но решила, что Аннушка свой человек, поймёт, тема-то ведь горячая. А как ей будет больно, я в азарте, как самый гнусный папарацци, даже не подумала.
 Яська мне объяснила, что если речь идёт о здравствующих людях, выносить на обсуждение  без их согласия факты их жизни не просто неприлично, но и противозаконно. 
И Анна Сергеевна всерьёз на нас обиделась. Да ещё наш блогерский народ меня достаёт, чем там всё закончилось, а я понятия не имею. Вроде, получилось, кукарекнула, а там, как это в поговорке, рассвет хоть не наступай. Мне неловко, блог-то я веду под своим именем, меня все знают и в школе, и в клубе. Я имею в виду, в клубе юного журналиста. 
Получилось, что в блоге сейчас я осталась одна. Арсений не звонит, по крайней мере мне об этом ничего не известно, может, они с Яськой и общаются...
Аннушка то плачет, то просто трубку не берёт. 
   Дааа, натворила я дел. 
А тут ещё Яськины одноклассники позвонили, Серёжа с Виталием, ну, парни из полиции, очень живо интересовались этим, как его - прототипом Арсения. Чего ж я его сдавать - то буду? Отвертелась кое-как, сказала, журналистский домысел. Теперь Яське за меня придётся выкручиваться.        
 Когда в блоге посыпались сотни комментов, я пристала к Ясе, чтоб завязывала увиливать, я ж и так видела, что она что-то скрывает, тихарится как-то. 
Вот она мне кое-что и рассказала. 
Лучше б и дальше молчала... 
И что мне теперь со всем этим делать? 
Не похоже, что она меня разыгрывает, уж выражения её лица я изучила за столько-то лет,  её саму прям корёжит от воспоминаний... И то, для обычного человека даже слушать про это дико, а уж пережить... Это всё её клиническая смерть натворила. Голоса ей, видите ли, говорят, сама в натуре по небу летает, как  птичка, или там беспилотник какой... 
Ладно, есть у нас РЕН-ТВ, там подобные передачи бывают, но кто ж этому тиви всерьёз верит... 
А Яська говорила на полном серьёзе. Да и рассказ Арсения подтвердил, что всё так и было, как она в бреду видела. Я, конечно,  тоже фантазёрка, но не до такой же степени. 
А уж у психиатров  был бы уже и диагноз наготове, у них в палатах клиенты и не такое"тиви" видят да с голосами общаются.
А вот если менты заинтересовались, то это серьёзно, они вцепятся, как Димкин бульдог, с которым тот на днях на дачу приезжал, наш Марик его ещё зверски облаял, невзлюбил он и Димку этого, и его псину. И то, ухватил он Марика за свитерок и давай трясти, мы ему челюсти разжать не могли, Яська плачет, я ору, мама его водой поливает... Еле отбили Маркизета.
Ну, вот, так меня опять и уводит в сторону, никак сосредоточиться не могу на главном... 
Для ментов вся эта ситуэйшен как приманка, ещё бы, трёхлетней давности висяк размотать... Не слабо...
Так, ещё Яська что-то буркнула про какие-то скелеты в шкафу, бункер, книги... 
Полный набор сдвинутого детективщика. 
И выяснить, что ей привиделось, а что было на самом деле, я не знаю как. Да она теперь скорее всего и сама не разберёт. Она замкнулась,  приятели её обвинили, что не пошла заявить в полицию, не могла же она сказать, что это привиделось на смертном одре... И как объяснить, почему не донесла?  Никто не верит даже, что она лежала в коме, что была клиническая смерть, и в такой момент не до доносов как-то... 
Но для меня сейчас самая главная задача  - помириться с Ясей, прояснить, что из всего списка дурной фантастики было на самом деле; 
А ещё, что Аннушка решила сделать с Арсением (ох, импозантный мужик, меня он просто заворожил, сильный, а жалко его просто как-то по бабьи, сломал себе жизнь по дури... Вот и хочется обнять, по головке погладить, утешить...)
Эй, Антония, куда тебя понесло? Гормональный сдвиг с сексуальным уклоном, что ли? Дядька в два раза старше, препод, ты чё, "умная девица", с дуба рухнула, как изящно выражается моя маман? 
Так, в сторону всякие сексуальные фантазии, надо в реале мозги включить. Яськи дома нет, мама уехала с Глебом на рынок, бабушка Станислава в музее, как всегда,  а я - на хозяйстве. Одна.
 Итак, начнём, что там у нас в библиотеке с книгами, пледом, стремянкой? 
...Как-то странно Яся сказала, прям цитатой  из Булгакова - "плащ с алым подбоем"...
Плед, как плед, ничего алого, не современный, флисовый или верблюжий, к примеру, а меховой. Так в их старинном доме чего только чудного старинного не найдёшь. Украшения в тяжеленной деревянной шкатулке свободно в горке лежат. Жемчуга всякие. Яська почему-то совсем на них даже не смотрит, Станислава Игоревна иногда берёт их к себе в комнату, разглядывает, однажды даже в библиотеке показала ожерелье на даме в кринолине - точь в точь, говорит, именно оно. Я, конечно, не верю, такие вещи по шкафам в дачных посёлках не валяются, их в банках хранят. 
Фуу, опять отвлеклась. 
Плед. Он, правда, какой-то загадочный, гладишь его и кажется, сейчас замурчит. Я этот плед прощупала до последнего шовчика - ни-че-го. Ни проводков, ни лампочек, ни кнопочек, а он реально тёплый, как тёплым бывает живое существо...
Лестницу я в нормальное, вертикальное положение поставила, на тормоз зафиксировала, книги все на верхнюю скамеечку сложила, мне их самой не втиснуть на верхние полки, вот Глеб маму и Станиславу привезёт, его и попрошу.             Книги как книги, старинные есть, с ятями, на разных языках, я-то только английский знаю, это Яся с бабулей своей могут сразу, одновременно на трёх языках спикать. Но особенно интересная книга на немецком, об архитектуре старой России. Ну с чего это про нашу историю всё немцы пишут? Они ж ни за что правду не скажут, им в сладость страну нашу опустить ниже плинтуса. 
  Но вот за классные фото  архитектурных шедевров Питера и других городов им действительно спасибо, вот ведь и вправду, архитектура- застывшая музыка. 
Так, библиотеку я отработала, всё там вроде нормально, солидно так. Абсолютно никакой мистики. Кащенко не пахнет. 
Куда теперь? 
Надо Яськину комнату прибрать, у неё, как всегда, бардак, творческий беспорядок называется. Вообще, Яськина комната странная, как будто там живут три разных девицы. Ну, во-первых, она огромная, четыре окна арочных. Портьеры Яся ликвидировала, пылесборники, говорит. Лёгкие шторки и жалюзи. Но какие!!! На всех окнах печатью в 3D -  фото разных столиц, но такого обалденного качества, что кажется, вот прямо из окна - красная телефонная будка где-нибудь в Гайд-парке, или Эйфелева башня в дымке... 
 И,  конечно, всякие жардиньерки сюда никак не подходят. Их она выселила в гардеробную зону, там и пуфики, и скамеечки мягонькие, и трельяж старинный и Шкафы. Огромные, до потолка, резные, а глубокие, как комната, Яська рассказывала, что в детстве у неё там свои укрытия было. Одежды у Яси полно, но носит она чаще всего всякие джинсы, футболки, иногда длинные юбки; кроссовки, балетки, слипоны всякие - половина огромной обувницы, а вот особых, изящных, на шпильках, штуки четыре всего. Халаты она признаёт только банные, дома носится в трикотажных штанцах  или летом в шортах до колен. Это не Станислава Игоревна, которая просто к обеду выходит в белоснежной блузке с обязательной камеей, в широкой шёлковой юбке или отглаженных брючках. Станислава - это отдельная песня, женщина-загадка. Всегда подтянутая, доброжелательная, улыбчивая, немногословная, но внутри - кремень. Её ослушаться никому просто в голову не приходит. Вообще, если я хоть капельку научилась  приличным манерам, например, как правильно пользоваться десятком вилок-ножей-тарелочек, держать осанку и лицо при ЛЮБЫХ  обстоятельствах, танцевать старомодные танцы - это её заслуга. 
И в её комнате всегда порядок, но при этом комната престранная: там стоит мольберт и иногда под настроение она пишет пейзажи или лёгкие, в несколько мазков, забавные портреты окружающих. Рядом на маленьком столике расположилась спиртовка и медная джезвочка, ей сто раз предлагали всякие супер-пупер кофеварки, но она всегда мягко говорила, что в свои годы заслужила право на маленькие слабости, а её слабость - это настоящий кофе на настоящем огне, и для этого ей совсем не хочется  бежать на кухню. И правда, мы часто видели её у мольберта с кистью в одной руке, и крохотульной кофейной чашечкой в другой. Кровать её неширокая, ровная, жёсткая, в отличие от мягкого глубокого старинного парчового кресла рядом. Большое, в пол, зеркало на колёсиках, туалетный столик, небольшая горка, в которой рядом книги и какие-то особые черепки, что не вошли в музейные коллекции... А на приставном столике с гнутыми ножками стоит микроскоп и несколько плотно закрытых колб, на эмалированном белом, почти хирургическом подносе какие-то ножички, кисточки, пара острейших скальпелей... В другом углу очень компактное, суперсовременное электрическое пианино, т.к.  ей  "уже не всегда хочется спускаться в гостиную, чтобы помузицировать". С другой стороны кровати маленький письменный стол с ноутбуком на нём, куча старых общих тетрадок, шкатулочка с дисками, наушниками и другой мелочёвкой.
Дорогущий "яблочный" планшет небрежно брошен на кровать.
И тёмного дерева, высокие, в потолок, закрытые шкафы по периметру.
Вот такая необычная комната необычной бабушки.
И снова я отвлекаюсь, диктофончик, прости, родной, я постараюсь сконцентрироваться.
Что-то Яська говорила ещё про бункер... Он наверное, где-то на хозяйственном этаже. Хотя там прачечная, кладовки, маленькая сауна... Две кладовки для заготовок и хранения фруктов-овощей спускаются вниз на десяток ступенек, не их же Яся  имела в виду, как бункер.
  Ну вот, захлопали входные двери, это скорее всего маму Глеб привёз, эх, не успела его перехватить, он наверняка умчался, торопится, как всегда, т.к. у него прямой начальник и по совместительству Яськин папа, Никита Васильич, не очень одобряет эти хозяйственные вояжи в середине дня.  Мама с сумками и пакетами спускается на хозэтаж и изумлённо застывает на пороге:
 -  Тоша? А что ты здесь делаешь? Почему ты не в школе? Ааа, да, уроки-то закончились, ты обедала?
 -  Мам, ты не знаешь, есть здесь где-то  бункер?
 -  Бункер? Это что такое? Какой? Зачем?
Мама изумлена до предела. Ведь работает она здесь уже не один год, и дом изучила досконально, она ж убирает его почти каждый день,так что от её зорких глаз вряд ли что-то спрячется. Про бункер она слышит впервые, это ясно.
 -  Да так, ничего, не бери в голову. У нас сегодня урок-экскурсия в музей, а я ж там миллион раз у Яськи была, наши туда уехали, а я домой убежала. Давай я тебе помогу. Где надо пропылесосить?
Мама недоверчиво смотрит на меня и, кажется, пугается ещё больше, ну, конечно, то не допросишься у дочки помощи, вечно она занята, а тут вдруг сама...
Ну не могу ж я ей всё рассказать, как есть, про Яськины голоса, про шкурку... После того, как мама Яси умерла в больнице, буквально у Яськи на руках, все и так боятся, что её психика не выдержит.
А тут весь набор, и тебе голоса, и полёты во сне и наяву... До дурки даже не шаг, а шажочек.
А мама у меня хоть и продвинутая, медик к тому же, но про всякие "смены парадигмы Земли, квантовый переход и в связи с этим расширение возможностей человеческого тела" вряд ли захочет всерьёз рассуждать. Она про тело знает уууу сколько, только больше о его невозможностях. Почти врач. С 4 курса ушла со мною в декрет и так в институт уже  и не вернулась. Всю жизнь проработала в нашем поселковом ФАПе, ну, в фельдшерско-акушерском пункте, потом какие-то идиоты в правительстве решили "оптимизировать медицинские услуги" и по всей стране позакрывали эти крохотные сельские больнички. Мама осталась без работы. И хотя до ближайшей городской больницы всего полчаса на автобусе, она предпочла помогать семье наших друзей, мы и раньше частенько выручали Станиславу Игоревну, т.к. все в семье при важных должностях и работах, а ДОМ, он заботы требует круглосуточной. Семья-то чаще в городской квартире обиталась, а сюда они съезжалась с апреля по ноябрь, да Новогодние каникулы тоже всегда здесь. Вот Станислава Игоревна и приезжала сюда чаще других, чтобы протопить дом, тогда не было здесь ни современной системы отопления, ни кондишэн. А в доме много всего ценного, один рояль чего стоит. А книги? Конечно, в каждой комнате стояли обогреватели, и мы через день, а когда морозы и каждый день прогревали весь дом, заботились о нём. И меня с детства Никита Васильевич в шутку называл "маленькой хозяйкой большого дома", потому что я здесь всегда про всё и про всех знала. Он не раз предлагал нам вообще переехать сюда, в маленький флигель, но мама отказывалась, дома какое-никакое хозяйство, сад-огород, куры, гуси, утки. Мы и так были благодарны ему, так как платили за присмотр нам неплохо, и из вещей много перепадало, Яське как и всей женской половине семьи,  дядя Митя, который часто служил по зарубежам, всегда привозил кучу вещей, они не то что сносить, померять их не успевали, и часть всего этого  великолепия перекочёвывала в наш гардероб. И вообще нам с Яськой повезло, не было у нас сестёр-братьев, вот и стали мы с ней, как сёстры почти. Чему Яську учили, тому и меня, вот только к музыке у неё был талант, а у меня.... Медведь потоптался на моих органах слуха. Наверное, поэтому же я и к языкам оказалась неспособная.
По всем законам логики и жанра, я должна была бы Яську ненавидеть чёрной завистью, но где-то случился прокол, мы с ней нежно любим друг друга. И сколько себя помню, я всегда за Яськой хвостиком бегала, влюблялась в её мальчишек, старалась читать те же книги, а в компьютере я вообще намного лучше неё разбираюсь. Станислава иногда шутила про нас, что Яська родилась с золотой, ну хотя бы серебряной ложкой во рту, а я уж точно с золотой мышкой в руке.
И  вот чем страшно горжусь, что компьютерным азам Станиславу Игоревну учила Я!
Ооо, ну о чём я опять, как же меня всё время уводит в сторону от главной темы, журналист я хренов.
А главная тема всё ж таки Яськина безопасность. Теперь, когда те двое знают, что они практически раскрыты, они постараются Ясю убрать, как опасного свидетеля, никто ведь не знает, что видела она их в  видениях клинической смерти, а не наяву. Ох, мозг виснет, как только представлю мою Яську экстрасенсом, как показывают по ТНТ в их битве, в амулетах, серьгах, браслетах и прочей бижутерии с чернущими волосами... Бррр.
А что если мне самой позвать этот Голос, может он не только Яське вещает, но и мне что подскажет... Ведь когда мы с ней перед смертью её мамы смотрели съёмку Марика, я ж тоже слышала этот злополучный Голос, говоривший из облака, Маркиз ещё тогда разлаялся на него всерьёз.
 -  Мам, а где Яськин ноут, ты не видела?
 -  Тоша, ты сегодня с головой в ладах? Ноутбук в гостиной на диване, у окна. Ты ж сама в нём вчера часа три копалась, ещё трещала, что пять мудрецов не разберуться в том, что нафигачит один недодвинутый юзер, я тебя правильно цитирую?
Я расхохоталась, в маминых устах мой сленг звучал, как бы это помягче... не совсем прилично, вот.
Я, действительно, переустанавливала Яське прогу, которую та каким-то чудом так раздолбала, что я молилась, хоть бы данные сохранить, иначе она поклялась меня убить... Вот талантливый Яська человек, а с компом ладит едва на пользовательском уровне. Ну не любят они друг друга почему-то, и ''подлая машинка'' ей частенько мелко пакостит. Так же было, когда моя мама пыталась научить Ясю вязать. Пряжа у неё перепутывалась с первой минуты, спицы сами из петель выпрыгивали, а уж петли так кособочились, как будто автор их люто ненавидел... Посему решили, что хоть талантливый человек талантлив во многом, но не во всём же...
Эй, Тоня, стоп машина, думай, думай. Что важнее, бункер отыскать или...
НАДО НАЙТИ ТЕХ ДВОИХ! Но сначала...
Будем решать неприятности по мере их поступления.
Надо найти тот летний ролик с говорящим облаком. Тааак, так, это не здесь, и не здесь, куда ж я тогда его сунула? Наверное, в папке "неразобранное". Так и есть, вот, нашла. Смотрим... Нет, никто ничего не говорит, Маркиз бегает, лает, облака тают, но никаких слов здесь нет. Неужели у меня тоже крыша едет?
Кстати, а где Марик? Он как-то подозрительно тихо валялся на Яськиной кровати, потом когда мама приехала, я слышала, как он лаял, как мама его выпустила во двор...
 -  Маркиз, Маркиз, ты где, Марик, ко мне!
Он не отзывался и я испугалась. Не хватало только беды с любимцем. Выскочила во двор - нет его, мама крикнула вслед, что привела собаку ещё почти час назад. Я метнулась по комнатам - нет, главное, не отзывается. Обнаружилась вредная собаченция на третьем этаже, в библиотеке. Но странно обнаружилась... Маркиз стянул меховой плед на пол, закутался в него и дрых без задних ног, тихонько во сне поскуливая, как щеночек, и дрыгая лапками, как будто куда-то бежал. Просыпаться он явно не хотел, держался за плед всеми четырьмя лапами, и только когда я пообещала ему сладкую косточку, нехотя побрёл за мной вниз, поминутно оглядываясь на плед. Ну вот что это, а? ЭТО не мистика, да?
Пока мама кормила Марика, я снова залезла в инет. Так, по рассказам Арсения его приятель Славка был наркошей, значит искать его надо в списках наркодиспансера. Взламывать их базу не хотелось, может, не городить лишнего, а просто поискать в телефонном справочнике, конечно, сейчас у всех мобилы, но вдруг... Большинство наших людей, имея дома 2-3 смартфона, от домашнего телефона не отказываются, на всякий пожарный оставляя линию связи, независимую от вышек и вообще от электричества.
Ну, вот, что и требовалось доказать, вот он, телефончик...
Тааак, звоним... Странно, тишина.
Опять никто не подходит, сигнал хороший, значит, просто никого нет дома. Можно, конечно, вычислить его мобильный по базам сетей, но подождём, лучше завтра схожу-ка я после школы к нему домой, больше разузнаю на месте от соседей, от ребятни вездесущей, те многое знают, только никто у них не спрашивает, а зря. А пока попробую выцепить его в соцсетях, где-то же должен он зависать, хотя б с такими же тусоваться... Ага, здесь я тебя и прихвачу, да и по друзьям прошарю, может, тот второй тоже в списках обозначится. Плохо, что скорее всего он под каким-нибудь дурацким ником скрывается. А личико-то его мне незнакомо, это Яська его видела, хотя что там с высоты разглядишь, да и времени с того случая прошло уж предостаточно, забыть сто раз можно.
 Вот ведь человеческая психика, ко всему привыкает, я уже спокойно рассуждаю о том, что Яська или её дух так запросто летают и всё видят и слышат...Оказывается, эта вся мистика - оно заразно?
Ладно, не к ночи будь помянута эта самая мистика, Яськи-то до сих пор дома нет. У неё в последнее время появился новый френд, Димка, он даже несколько раз привозил её поздними вечерами домой; увы, у загородного дома есть свои минусы - автобусы редко ходят по вечерам, значит, жизненно необходимо иметь свои лошадиные силы, а Яськина "Пежошка" последнее время больше чинится, чем ездит.
Наш Глеб однажды пересёкся с этим франтом на каком-то домашнем празднике и был премного им недоволен. Невзлюбили они друг друга люто и сразу, хотя Яся, умничка, никому повода распоряжаться собой не давала. Маме моей он кстати тоже не нравится, она терпеть не может таких франтов, одетых с иголочки наимоднейше,  бородка клинышком ухожена, но фишка в усах, они у него аля-Пуаро. А уж стрижку за километр видно, что от классного стилиста. И машина у него как-то не по возрасту и рангу, весьма серьёзная, ''Инфинити''. А работает он всего юрисконсультом в какой-то фирме, правда крупной. Он коллекционирует что-то антикварное, на этой почве в музее и познакомился сначала со Станиславой Игоревной, а потом и с Ясей. Видели бы вы, как он жадно разглядывал картины и всякие старинные безделушки, но особенно любовно игрался с крохотной ручной мельничкой для кофе, красивой, но достаточно бесполезной бронзовой игрушкой. Он, наверное, на Яське вот так сразу  и женился бы ради этих древностей, которыми забит дом. Это он ещё книги не видел... Так, а чего это я о нём вспомнила? Да, вот он приглашал Яську на какую-то тусовку местной элиты, но Яся у нас девушка требовательная, на звания и деньги крутых  мам-пап не поведётся, золотая молодёжь, типа Ксени Собчак, у неё вызывает холодную ярость.
Но Димон не простой френд, что-то ему от Яськи надо. Какими-то очень непростыми глазами он дом оглядывал...
Господи, я уже всех и чёрте в чём  готова подозревать...
Да вообще-то, чего это я копытом бью, время непозднее, и Яся девочка уже большая, умненькая, в авантюру какую не полезет.
Надо её комнату доубирать и идти делать уроки, да и в блог заглянуть не мешает, ведь он, как живое существо, его всё время подкармливать матерьяльчиками  надо, а то просто захиреет и - финита... Вот посмотрю заодно, что там народ нам
пишет.
Ну, вот, и машина подъехала,  сейчас Яся поужинает и надо, наверное, к Анне Сергеевне сходить.
Не Яся, увы. По звуку слышу, не её "Пежо"...

Ого, слушайте, вот события завертелись, просто чума. Приехал Виталий, ну этот, одноклассник Яськин, который из полиции, и с ним следователь прокуратуры, ищут Ясю. Нехило, да? Оказывается, Арсений ещё вчера сам явился в полицию и написал чистосердечное о совершённом три года назад преступлении. Вот только следствие всё никак не поймёт, какое и как Ярослава Никитишна ко всему этому имеет отношение, так как в день совершения преступления она лежала в кардиоцентре и у неё была диагностирована клиническая смерть. Хирурги это подтвердили. А четверо участников экскурсии Ярославы утверждают, что, по её словам, она была свидетелем и лично наблюдала эту картину. И её рассказ, который случайно записала на диктофон учитель истории, записывающая всю экскурсию с целью преподавания  в школе, практически во всём совпадает с изложенным Арсением Павловичем, (кстати, они его отпустили под подписку). Очень это всё  им кажется странным.
Мне, кстати, тоже. Но вот делиться с ними моими подозрениями я пока не буду, пусть Яська сама всё решает, не навредить бы ей.
Нууу, слава богу, она, наконец вернулась, рокот её "Пежошки" я издалека слышу. Потом допишу, побежала встречать, надо хоть предупредить о ТАКИХ гостях.

Уже глубокая ночь, все, наконец разъехались, рассказываю.
Яся приехала с бабушкой Станиславой, Анной Сергеевной и Серёжкой.
А мальчишки-то, оказывается, к Яське очень неровно дышат, вон как засуетились. Испугались за неё.
Да и Станислава Игоревна, хоть и железная леди, но бледная, как стенка, и в Яськину руку вцепилась, не оторвать, она за неё, наверное, всем посягнувшим глаза выцарапает.
И начался Большой "Совет в Филях". На каком нерве он был, мамина статистика показывает. Выпили пять(!!!!) чайников чая, на полной загрузке работали обе кофемашины, когда весь запас капсул закончился, перешли на молотый, хорошо в кладовке была большая медная джезва столетней давности. Варенье, печенье и прочие запасы сладостей  сметались сразу по мере подачи, а ещё говорят мужики сладкое не любят...
В общем картина маслом сложилась такая:
 Анна Сергеевна Арсения, когда он пришёл к ней с повинной, выслушала, заявление писать отказалась, но и простить не смогла. Она только просила показать, где ОНИ похоронили Аллочку. И, по-моему, до конца так и не поверила в рассказ Арсения. Хотя все детали одежды и времени совпали. Арсений на допросе просил провести следственный эксперимент, чтобы он мог показать, как всё было. Следователь сказал, что согласует с прокурором. Анна Сергеевна, оказывается, не могла просто так взять и перезахоронить сестру, нужно было получить разрешение на эксгумацию двух тел, Аллочки и того, кого захоронили под её именем. Как это произошло, будут разбираться отдельно. Потом нужна будет генетическая экспертиза, на которую тоже, кажется, нужно постановление.
В общем, геморр ещё тот.
 Яське тоже хотели предъявить обвинение в "недоносительстве", спасло только то, что в этот момент она лежала на хирургическом столе. В её честный рассказ о выходе из тела, о полёте, о Голосе, о внезапном воспоминании через три года всерьёз никто не поверил, и пытали, когда она узнала о преступлении и почему не пришла в полицию. Привлечь к следствию Ясю они никак не могли даже в качестве свидетеля. Сны не являются доказательством. Пока шёл этот сыр-бор, позвонили  оперативники, которые нашли Славку, ну, того, что был за рулём, Склярова Вячеслава Борисовича. И нашли его в ХОСПИСЕ, где он доживал последние свои дни жизни.
Наркотики. ВИЧ. Рак.
Его история, может, и типичная для наркомана, на меня произвела гнетущее впечатление. Завтра обязательно сходим к нему в больницу. Аннушка сказала:
 -  В глаза посмотреть. А вдруг человек раскаялся и мучается, как Арсений?
Все только засмеялись, а Сергей жёстко так (о, как научился, прям сцена из фильма "Менты") отрезал, что наркоши давно ничего не испытывают, кроме тяги к следующей дозе. А я вспомнила эпизод из рассказа Яси про исполнителей. Про то, что напрямую Голос (читай, Бог) не может наказывать-миловать людей и поэтому ему нужны исполнители. Теория небезупречная, с моей точки зрения, вопросов к ней даже у меня, не философа и не психолога, тьма, но сейчас не об этом. Слава умрёт на днях, это наказание? Или жизнь с чувством вины - наказание более жёсткое? Но всем ли присуще раскаяние, горькая боль от невозможности ИСПРАВИТЬ? Или некоторые особи боятся только УГОЛОВНОГО наказания? Из моего, пусть небольшого, но собственного жизненного опыта - большинство боятся только и только наказания. Даже людской суд не пугает, а что уж там говорить про небесный... Человек, к сожалению, такое существо, что ВСЕГДА находит СЕБЕ оправдание. Это я и про себя говорю. Как часто понимаю, что сделала что-то неправильно, НО...
И вот это гаденькое, подленькое "НО" так чётко работает в твоей голове, что через пару минут аналитической работы мозга выходит, что "уже не ты должен, а тебе должны".
Мы так лихо научились фейковому мышлению, что уже и сами верим в своё объяснительное враньё...
Да что ж мне с собой делать, так и заносит в занудство...
В случае со Славкой КТО будет или уже есть исполнитель?
 А этому... наркоше, наверное, очень больно, раз положили в хоспис. Так что такое боль вообще, это зло из-за недоработки конструкторов наших тел, или наоборот - предупреждение, сигнал умных датчиков в наших телах? Или вообще - просто доступное небесным силам наказание за какие-то прегрешения?
Нет, это очень серьёзные темы, над ними надо  и думать серьёзно, но не сейчас. Я, как Скарлетт из "Унесённых ветром": Я подумаю об этом завтра...
Нашу Аннушку следователь и Станислава Игоревна  убеждали написать заявление, она отказывалась. Мы с Яськой совсем по-другому посмотрели на нашу любимую "училку". Она, несмотря на свою ангельскую внешность с распахнутыми ярко-серыми глазами, несмотря на мягкость, сопереживательность, готовность к помощи в любое время дня и ночи, в каких-то вопросах была, как кремень, это как про неё сказано, что принципами она не поступится никогда. Мне казалось, что такие люди живьём не живут, они только в литературе остались. Сейчас у всех принципы гибкие-гибкие, особенно у политиков. А обычные люди, рыжие что ли, им и сам Бог велел "колебаться вместе с линией партии", как в старом анекдоте времён Станиславы...
Ребята из полиции ломали голову, где искать третьего фигуранта, Глеба, самого, по рассказам хладнокровного и реалистичного старшего их  товарища. Фамилии его и Арсений не знал, пришлый, говорит. Не студент. Вот вдруг этот Славка, ну, тот, что в хосписе, знает... Тогда, до завтра, мой диктофончик.
Маркиз, хоть ты проводи девушку в койку...

Боже, боже, господи, да этот хоспис, это преддверие ада, если есть чистилище, то оно, наверное, такое. Нет, не в физическом смысле, в духовном, моральном, психологическом что ли... Я не хочу дожить до хосписа!!!
Это в Библии, да? Там Иисус просит: Господи, пусть минует меня чаша сия!
Я присоединяюсь!!!
Такое состояние беспомощности, жалости,  страха я испытала только раз в жизни, когда была у тётки на работе, в детском доме для тяжёлых инвалидов, меня оттуда практически вынесли...
И мы ещё чего-то жалуемся на какие-то проблемы, стонем от невыносимой тяжести бытия?!?
 Всех "страдальцев" волонтёрами в хоспис!!!
Я пока не могу ни говорит, ни писать... Потом, ладно?
   Ну вот, я взяла себя в руки, расскажу по порядку. Нас с Анной Сергеевной Яська утром довезла до хосписа. Там ещё шли утренние процедуры, нас не пустили, и мы немного погуляли по парку больничного городка. Хоспис - последний приют комедиантов из спектакля - Земная жизнь.
Отдельное двухэтажное здание в углу парка, бывшая больничная кухня, переоборудованная под палаты. Но запах какой-то, сиротский, кислыми щами, что ли домик пропитался... В общем, оставь надежду, всяк сюда входящий.
Внешне вроде приличненько, чистенько, картинки на стенах. Некоторые больные даже ходят по коридорам, но их мало, и они похожи на бесплотные тени; основная масса в палатах. Есть, конечно, ВИПпалаты, на двоих, но Славка лежал в шестиместной. Все лежачие. И этот страшный запах, нет, не только физический, гниющего, что ли , тела, а догнивающей души... как-то так... Меня потряс дух безнадёжности, отчаяния, страха, он такой густой, ощутимый, затягивающий. У меня внутри всё воспротивилось. СРАЗУ!!!
Ходят медсестрички, стайкой прибежали юные девочки из медколледжа, волонтёрочки, мои ровесницы, румяные с мороза с ещё заснеженными волосами, но они из ДРУГОЙ жизни, параллельной, а те, кто в палатах, с приговорами уже, они ДОЖИВАЮТ. И бог, наверное, дал им это время для анализа, раскаяния, если по-религиозному. И это, наверное, ужасно страшно, понимать, что исправить уже нельзя НИЧЕГО... И ты уходишь, а прощения ни за деньги, ни за связи, ни за подвиги купить невозможно...
   Нам показали Склярова. На кровати лежало жёлтое, измождённое, лысое существо, маленькое, похожее на инопланетянина. Огромные, в поллица, глазищи... Рядом на стуле сидела нестарая ещё женщина, но с таким обречённым лицом, что мы сразу поняли - мать. Она засуетилась, бодренько наклонилась к "существу" - Славонька, тут к тебе подружки пришли, я сейчас стульчик ещё принесу...
Аннушка, потрясённая, смотрела на него и... молчала. И я поняла, что не скажет ни слова, пожалеет.
А я не хочу жалеть!
Он тешил себя наркотиками, и ни секундочки не думал о других. Даже о своей матери, к примеру, представляю, что ей пришлось пережить...
 -  Вячеслав, вы нас слышите?
Он медленно раскрыл глаза, и взгляд его был таким затравленным, отчаянным, больным...
Я два раза с Ясей была в больнице у её мамы, она тоже как будто была где-то далеко, её взгляд медленно возвращался в реальность, но ещё минуту до полного возвращения было видно, что ей ТАМ хорошо, её глаза были спокойными, светлыми, даже где-то капельку радостными...
А Славкин взгляд как будто из ада вырывался, столько в нём было ужаса.
 -  Ты помнишь, Слава, как сбил три года назад девочку на загородном шоссе, как вы её потом закопали в лесочке?  Так вот, это Анна Сергеевна, сестра той девочки, которая даже похоронить её не могла...
Славкин взгляд заметался, он даже попытался рукой оттолкнуть видение...
 -  Это не я... Это не я... Я не помню...
 -  Всё ты помнишь. Нет времени с тобой миндальничать. Кто с вами ещё был тогда в машине?
 -  Глеб. Сыроватских. Он не из студентов. Он... он мне наркотики привёз. И... тогда в машине... у Глеба была партия ... Мы должны... были закладки... сделать. Нельзя было... полицию вызывать... Я очень... боялся Глеба... Он ... мог... убить... запросто.
 -  Где его найти?
 -  Он в Москве. Его... отец... в ми-нистер-стве. Но у Глеба... здесь дача и... он клуб... ночной... прикупил какой-то. И ещё у него какой-то... бизнес... Но он сам  не... наркоман, он только... продаёт... Пппожалуйста...
Проссстттитте меня... - он заплакал.
И Аннушка, святая душа, взяла его за руку и что-то стала ему говорить. Этого моя душа уже выдержать не смогла, и я выскочила в коридор. Славина мама, сгорбившись, сидела на кушетке. По её лицу текли привычные слёзы, она, кажется, их даже не замечала...Я села рядом. Передохнуть. В моей душе был полный хаос.
Она взяла меня за руку:
 -  Пожалуйста, простите его, я всё слышала. Он уже скоро ТАМ на суде будет. И тот суд страшнее всего остального. А Глеба этого найдите, это он, сволочь, Славку на наркоту подсадил, да и ещё не одной сотне семей жизнь покалечил. Он в этой, НАРКОМАФИИ, шишка какая-то, он очень богатый, у него здесь всё схвачено. До него просто так не добраться, у него вся полиция куплена. Я, когда попыталась вякнуть, они сразу Славке какую-то страшную дурь подсунули, вот он целый год уже умирает. А отец нас бросил. Ему в Москве, в штабе, предложили должность, он и уехал  ещё два года назад.  А я пыталась сына лечить. Сама. Куда я только не обращалась... На это очень большие деньги нужны. Но... Простите его. ПОЖАЛУЙСТА.
   Я выволокла нашу святую Анну из палаты, и мы поехали в полицию, где всё честно рассказали про умирающего Славу. Вот только про Глеба я упросила Анну Сергеевну пока молчать. Там всё нешуточно. В нашей полиции искать на него управу бесполезно. Надо просто хорошо подумать. А ещё лучше посоветоваться с Яськиным отцом, когда он вернётся. Дров бы не наломать...